Специализируется в области российского и зарубежного корпоративного и международного частного права, формирование межнациональных холдинговых структур, сопровождение сделок с ценными бумагами, в т.ч. сделки «эскроу», банкротство.

Владеет английским языком. Сфера научных интересов - институт доверительной собственности (траста), участие российских граждан и юридических лиц в трастовых правоотношениях.

Занимает должность доцента кафедры международного частного права во Всероссийской государственной налоговой академии Министерства финансов РФ.

Выбор закона в сфере деликтных обязательств приводит к установлению правопорядка, регулирующего основания и пределы деликтной ответственности и который, как правило, именуется статутом деликтного обязательства. Круг вопросов, подчиняемых этому статуту, а также границы подчинения их статуту определяются правовыми системами разных стран не единообразно.

Начало 20 века знаменовало расцвет российской науки международного частного права и разработку ее самых насущных вопросов. В этот период произошло оформление и создание терминологического, понятийного и методологического аппарата науки международного частного права, рассматриваются вопросы публичного порядка и отсылки, объема и строения коллизионных норм, правоведы выступали за кодификацию и прогрессивное развитие международного частного права, за заключение международных договоров.

Предпосылками для признания несостоятельности по законодательству Германии является наличие оснований для открытия конкурсного производства.

Что делать, если после объявления резолютивной части решения судья, рассматривавший дело, вдруг неожиданно умирает, не успев подготовить решение в полном объеме?

На днях Конституционный Суд РФ огласил решение, согласно которому адвокаты не вправе в договоре с клиентами указывать в качестве вознаграждения за свои услуги «гонорар успеха». Постановление вызвало живую дискуссию. Редакция попросила практикующих юристов и адвокатов прокомментировать позицию Конституционного Суда РФ.

Определение правоотношений участников модельного бизнеса, и, что немаловажно, аспектов защиты их прав, напрямую связано с необходимостью определения субъектов данных правоотношений и их интереса.

В настоящий момент в области международно-правового регулирования внедоговорных отношений отсутствует какое-либо единое универсальное соглашение. Однако существуют отдельные межгосударственные договоры по вопросам возмещения вреда.

Выбор закона в области обязательств вследствие причинения вреда приводит к установлению правопорядка, которым регулируются основания и пределы деликтной ответственности, и которой обычно именуют статутом деликтного обязательства [1]. Вопросы, входящие в сферу такого статута подчиняются и регулируются правовыми системами стран.

Потребность в использовании коллизионных правил получила конкретное практическое значение в России с середины XIX века по мере развития российской внешней торговли. В отечественной науке международного частного права соответствующие проблемы разрабатывались главным образом в духе традиций континентальных коллизионистов, в отличие от тенденций, которые с 40-х гг. XIX века определили собой развитие англо-американской правовой системы.

Обязательство (obligation) по определению позднейшего римского права и по нынешним представлениям представляет собой юридическое отношение между двумя лицами, в силу которого одно из них – creditor – имеет право требовать от другого – debitor – исполнения чего-либо в свою пользу: «obligatio est juris vinculum, quo necessitate adstrin-gimur alicujus solvendae rei secundum nostrae civitatis jura».

В последнее время заметно возрос интерес к проблемам, связанным с применением коллизионных норм, совершенствованию коллизионного метода их регулирования, что в значительной мере обусловлено процессами кодификации и унификации коллизионного права различных государств. Одним из постоянных направлений, связанных с преодолением коллизий законов в международном частном праве являются деликтные обязательства (обязательства вследствие причинения вреда).

Можно с полной уверенностью говорить о том, что возрастающий интерес к трасту обусловлен тем, что его конструкция соответствует представлениям, требованиям и интересам современной мировой экономики, крупных корпоративных структур, а также частных лиц, обладающих активами, требующими защиты и управления.

В течение последних тридцати лет наметились серьезные изменения в подходах к анализу института траста как в странах англосаксонской системы права, так и на территории стран континентальной системы права. Можно с полной уверенностью сказать, что возрастающий интерес к трасту обусловлен тем, что его конструкция соответствует представлениям и, в ряде случаев, требованиям и интересам современной мировой экономики, крупных корпоративных структур, а также частных лиц, обладающих финансово емкими активами, требующими защиты и управления.